— Алексей Юрьевич! Можно ли говорить о наплыве маленьких пациентов именно в зимнее время?

— Вал детских зимних травм у нас начинается еще с поздней осени в зависимости от наступления морозов и появления гололеда (это или начало или конец октября). К сожалению, не сразу все водители перестраиваются на зимний тип езды. Отсюда и множество аварий на дорогах, и сбитые пешеходы, и, соответственно, самые тяжелые переломы и травмы. А ребенку ведь не объяснишь, что взрослые дяди еще не адаптировались на скользких дорогах, не поменяли резину. Маленький человек не желает подстраиваться под других, не желает менять привычный активный образ жизни. Тем более зимой, когда вокруг столько соблазнов: от снежков и сугробов до раскатанных дорог и горок. Дети все также порой совершенно неожиданно для водителя перебегают дорогу, зачастую не соблюдают правила дорожного движения. Именно в это время для нас, детских травматологов, наступает сезон активной хирургической работы. А от гололеда, как это не парадоксально, дети страдают меньше, чем мы — взрослые. Вероятно, это опять-таки объясняется детским мироощущением. Оглянитесь вокруг: как ведут себя взрослые и дети при виде раскатанной скользкой дороги. Взрослый человек тщательно обойдет «трудное» место. Ребенок же, сломя голову, покатится по льду. Он не ждет, что с ним произойдет что-то плохое на этом льду, он подсознательно готов падать, и потому подобных переломов у детей обычно бывает меньше, чем у взрослых.

— В чем особенность детских автомобильных травм?

— Все подобные переломы очень тяжелые. В данном случае равны все: и большие, и маленькие. Вообще, это один из самых трудных типов травм (от переломов нижних конечностей, голени, бедер до травм и переломов черепа, сотрясений и ушибов головного мозга). В некоторых случаях маленькие пациенты даже легче и быстрее справляются с бедой. У детей защитные (компенсаторные) силы организма выражены очень хорошо. Другой вопрос, что в молодом организме еще не все жизненные системы стабильны и работают как единый хорошо отлаженный механизм.

— Только ли скользкие дороги и неумелые водители всему виной?

— Конечно, нет. Есть даже определенная тенденция. Как только водители адаптируются к зимнему виду езды, в нашей больнице превалируют уже другие травмы, связанные непосредственно с активностью детей. Разнообразные сезонные развлечения: лыжи, коньки, санки существенно добавляют нам работы. Эти переломы сравнительно менее тяжелые по общему состоянию, но по структуре и характеру травмы не уступают автомобильным. Зачастую приходится выполнять тяжелейшие операции: извлекать осколки, соединять разорванные связки, применять сложные металлические конструкции (винты, спицы). Да и гипс потом придется носить весьма продолжительный период времени.

— В чем характерная особенность детских операций?

— По физическим усилиям, по длительности они уступают взрослым. Но хитрость в том, что организм маленького человека еще растет, скелет не окреп. И применять, использовать те же самые методы, что и на взрослых пациентах, ни в коем случае нельзя. В кости есть определенные зоны, за счет которых она растет, это, так называемые, зоны роста. Повреждать, вмешиваться в эти самые зоны нельзя. Это может сказаться на росте кости в длину, а в крайних случаях может возникнуть деформация конечностей. В связи с нарушением зон роста кости могут появиться и другие малоприятные проблемы, как- то: различные угловые деформации. Все это и заставляет врачей использовать более щадящие методики лечения, применять металлоконструкции меньших размеров, хотя и не меньшей прочности. Да и «носить» спицы в ноге детям приходится меньше.

— Сами травмы, как они переносятся вашими пациентами?

— Здесь опять-таки можно говорить о некоторых психологических факторах. Недостаточный жизненный опыт, беззаботное, иное, чем у взрослых мироощущение во многом помогают маленьким страдальцам. Подобное утверждение подтвердило проведенное на базе нашей больницы исследование. Для любого попавшего к нам ребенка травма — это стресс, страх перед неожиданностью, неизвестным будущим, может быть, впервые столь длительная оторванность от родителей и дома. Все это, естественно, накладывает отпечаток на ребенка: на его хрупкую психику, на дальнейшую жизнь в целом. По данным проведенного исследования физическая травма неизбежно сопровождается травмой психологической. У всех «раненых», находящихся в больнице, детей — апатия, депрессия, зачастую тяжелейшая. И одним вниманием докторов и медперсонала, заботой родителей здесь не обойдешься. Необходима тщательная работа психолога, начинающаяся с самого первого дня травмы. Так уже давно и успешно лечат на Западе. У нас же в штате больницы психолога нет. Приходится самим разговаривать с ребятами, объяснять, что произошедшее с ними – не конец света, тем более не конец полноценной здоровой жизни, а всего лишь малоприятный эпизод в их судьбе. Есть и другая крайность в отношении к травмам. Кое-кто начинает вполне успешно спекулировать своим «бедственным» положением. Перед самой выпиской, казалось бы, абсолютно выздоровевший ребенок вдруг ни с того ни с сего начинает жаловаться на боли неясного характера и происхождения. Здесь посочувствовать уже можно родителям маленького лжеца. Объективно оценить состояние своего чада они не могут и понять расхождения с диагнозом врачей тоже. Подобные тупиковые ситуации тоже сфера деятельности психолога. Нам же остается только разводить руками. Вообще, коллектив юных обитателей больницы достоин отдельного описания. Вот уж где проявляются характеры, завязываются прочные дружеские связи, разбиваются сердца. Стать лидером в коллективе, где каждый — раненый Чапаев, невероятно сложно. И все эти невероятные всплески эмоций, закулисные интриги происходят у нас на глазах ежедневно. Бывают и конфликты, к счастью, пока легко разрешимые. Так что, кроме хирургической деятельности, нередко приходится заниматься и воспитательной работой. Другие, более серьезные проблемы без психолога никак не решить. Бороться с едва зарождающимся комплексом неполноценности из-за своей травмы нужно сразу. Потом будет поздно: боязнь белых халатов, больниц, самой ситуации будет сопровождать человека всю жизнь. Все мы родом из детства, и многие проблемы тоже.

— Алексей Юрьевич! Насколько длителен период реабилитации?

— Непосредственно в больнице пациенты проводят от трех недель до трех месяцев. Сказать, что переломы срастаются долго, значит, не сказать ничего. По последним данным Минздрава процесс восстановления сегодня вообще затянут немыслимо. Связано это с разнообразными факторами: плохая экологическая обстановка сказывается на росте, структуре скелета; воздействие тяжелых металлов, вредные испарения — тоже играют не последнюю роль в формировании скелета человека. При проведении операций мы зачастую сталкиваемся с полостями в костях неизвестного происхождения, опухолями, как доброкачественными, так и злокачественными. Соответственно, общие сроки лечения удлиняются, особенно это касается открытых переломов. При неблагоприятных условиях (обедненное кальцием и микроэлементами питание, плохая экологическая атмосфера) кости срастаются в два раза дольше. В среднем, сращение переломов происходит в течение одного — двух месяцев. Период восстановления занимает 3-4 месяца, в зависимости от локализации травмы. Переломы верхних конечностей срастаются быстрее, ибо нагрузка на них идет гораздо меньше, чем на ноги. В последнем случае срок реабилитации вообще может затянуться: нужно заново учиться ходить.

— Чтобы облегчить состояние больного, можно ли делать щадящие операции?

— Сегодня мы стараемся внедрять современные методы лечения, остеосинтез, когда операции выполняются с минимальным разрезом кожных покровов, с минимальной дополнительной травматизацией области перелома. Новшество методики заключается в том, что металлическая конструкция заводится из области неповрежденной зоны, в непосредственной близи с местом перелома. Сращение происходит на месяц раньше, процент нагноения крайне низок. Закрытые методы остеосинтеза позволяют существенно раньше начать движение, разрабатывать суставы конечностей, раньше встать на ноги. Примерно на месяц сокращаются сроки социальной адаптации. Все это возможно только при наличии современной аппаратуры и оборудования. Наше оснащение оставляет желать лучшего. Многое оборудование устарело не только морально, но и физически. В мире уже давно и успешно работают с новыми технологиями. Самое главное, в чем нуждается нынче больница – это операционный рентгеновский аппарат с электронным оптическим преобразователем. Он позволяет видеть все подробности операции на экране, контролировать направление металлической конструкции. Главное, позволяет выполнять операцию без лишних дополнительных разрезов, соответственно, накладывается меньше гипса. В итоге сокращаются сроки лечения.

— Как помочь своему ребенку быстрее восстановиться после травмы?

— Главное, поддерживать защитные силы организма. В любом случае, большая кровопотеря очень опасна, тем более для детского организма. Процесс перестройки займет, минимум, полгода, только тогда кость приобретет утраченную прочность. Необходимо принимать дополнительные витаминные комплексы, кальцийсодержащие препараты и микроэлементы, которые являются проводником кальция. Нужно шире смотреть на процесс восстановления: нет волшебной таблетки, приняв которую кости станут такими же, как были до перелома. Время плюс определенная витаминизированная диета – вот, единственно верный путь.

— В преддверии Нового года чего ждете Вы, как врач-травматолог?

— К сожалению, из года в год ситуация повторяется. Петарды – вот источник разнообразных ранений у детей. Хочется обратиться к детям и родителям: крайне осторожно обращайтесь с петардами, будьте бдительны, соблюдайте правила обращения с этими взрывоопасными игрушками, а лучше вообще не покупайте их. Зачастую дефекты в их производстве приводят к преждевременному взрыву. Результат: травмы кисти, отрывы пальцев, ожоги, которые очень долго лечатся. Приходится выполнять множественные операции, чтобы хотя бы восстановить подвижность кисти. Самые тяжелые травмы, когда эти пресловутые новогодние игрушки разрываются вблизи лица. Это тяжелейшие ожоги глаз, рук, которые могут привести к инвалидности.

— От своевременных и грамотных действий родителей в экстремальной ситуации зависит многое. Что нужно делать, если ребенок получил травму?

— Во-первых, нужно сразу же везти ребенка к нам, в детский травматологический пункт, он находится на пр. Ленина, 112 или вызвать «скорую». Во-вторых, до приезда «скорой» нужно оказать первую помощь. Главное: снять боль (дать анальгин, баралгин, темпалгин) и зафиксировать сломанную конечность. Этого уже будет достаточно. Остальное — дело врачей.

Прочитано 92 раз за период публикации, 1 раз за сегодня